Так, в “Повести о разорении Рязани Батыем” есть целый ряд несоответствий историческим реалиям XIII в. Ее автор забывает имена рязанских князей, путает их родственные связи и судьбы. Так, названные в числе павших в битве с татарами Давыд Муромский и Всеволод Пронский скончались до татаромонгольского нашествия. Не дожил до этого времени и Михаил Всеволодович,
которому в “Повести” пришлось восстанавливать после разорения Пронск. Олег Ингоревич Красный, который, кстати, был не братом, а племянником рязанского князя Юрия, не пал от татарских ножей. Страшная: гибель, приписанная ему автором “Повести”, на самом деле ждала через 33 года его сына Романа. Сам же Олег Ингоревич вернулся из татарского плена в 1252 г. Епископ рязанский не погиб в осажденном городе, а выехал из Рязани незадолго до прихода татар. В качестве предков рязанских князей названы Святослав Ольгович и Ингорь Святославич, в действительности не являвшиеся родоначальниками рязанского княжеского дома. Сам титул Юрия Ингоревича - великого князя рязанского - появился лишь в последней четверти XIV в. До этого рязанский стол занимали просто князья. Определение дружины Евпатия Коловрата, численностью в 1700 человек, как небольшой, не соответствует реалиям домонгольской и удельной Руси, когда количество воинов у князя редко превышало 1000 всадников. Отождествление татар с половцами кажется характерным для XVI в. Путаница родословных черниговских и рязанских князей возникла в то же столетие.

“Повесть о разорении Рязани Батыем” входит в цикл повестей о Николе Заразском. На сегодня выявлено 65 рукописных сборников, содержащих повести Николо-Заразского цикла. Списки делятся на 13 редакций, отличающихся друг от друга как по составу входящих в них произведений и их последовательности в цикле, так и самими текстами. Все редакции, за исключением редакции Святцев и Краткой редакции, восходят к редакциям Основным А и Б (первого и второго видов).

Время создания “Повести о разорении Рязани Батыем” может быть достаточно точно установлено по ее месту среди других произведений Николо-Заразского цикла в его Основных редакциях. Можно предположить, что Николо-Заразский цикл, во многом построенный как летопись, и возник по законам создания летописных сводов, когда к ранее написанному тексту последовательно добавлялись новые части.
Началом свода повествований о Зарайской святыни является “Повесть о принесении иконы Николы Корсунского в Рязань и о гибели князя Федора и его семьи”. Она открывает Николо-Заразского цикл во всех его редакциях, а ее текст отличается большой устойчивостью. Видимо первоначально эта “Повесть о принесении иконы и о гибели князя Федора” существовала как самостоятельное произведение. Отдельно от других произведений Николо- Заразского цикла эта повесть или ее части известны в Прологе, в Хронографе Сергея Кубасова, в Краткой редакции Николо-Заразского цикла и в редакции Святцев. Причем последняя более логично объясняет связь событий татаро-монгольского нашествия со святыней, использует более архаичную лексику и приводит две версии происхождения названия города Зарайск, что обычно бывает в момент зарождения легенды.

“Повесть о принесении иконы и о гибели князя Федора” повлияла на “Повесть о разорении Рязани Батыем”, которая, возможно, первоначально также была самостоятельным произведением. Первая “Повесть” отражала топонимическую легенду о происхождении названия города Зарайск. Но сказание не могло появиться раньше, чем у города появилось само это имя, а в конце XIV в. в “Списке русских городов дальних и ближних” Зарайск назван “Новгородок на Осетре”. Лишь с начала XVI в. появилось имя Зарайск. Следовательно местная топонимическая легенда могла появиться лишь в это время, а “Повесть о разорении Рязани Батыем” возникла еще позднее.
Тексты “Повести о разорении Рязани Батыем” в Основных редакциях восходят к единому протографу, по-своему перерабатывая его. Но место, которое “Повесть о разорении Рязани Батыем” занимает в редакции Основной Б второго вила, отличается от места, отведенного “Повести” в редакциях Основной А и Основной Б первого вида.